Фея Ветра
Пожалуй, перетащу сюда всё-таки свой ориджевый драббл. Связан с "Чужой судьбой", но, наверное, можно и так читать) Тем более, он совсем крохотусенький, так, больше полёт мыслей.


Отражение друг друга. В бедных крестьянских домах не было никаких зеркал, а изображение в воде ведь не даёт точной картины. Джеку всегда было все равно, как он выглядит, но иногда он задумывался над этим — и понимал, что в брате фактически может видеть себя. Сам бы он никогда не решил, что они похожи, но окружающие вечно путали двух мальчишек. Ведь и одёжка у них была всегда одинаковая, сшитая матерью, простенькая.

Впрочем, Джека это не обижало, поскольку маленьким он долгое время считал, что они с братом — фактически одно целое, хоть и почему-то разделённое на две части. Одинаково звучащие голоса, стройным хором дополняющие друг друга, вечно взъерошенные светлые волосы, вечные беззаботные улыбки. Джек смотрел в болотно-зелёные глаза брата и думал, что, наверное, и они у него такие же.

Жили они в небольшой деревеньке, рядом с герцогским замком, на границе с лесом. Как же здорово было сбегать в лес, когда ещё не было никаких важных неотложных дел, босиком хоть по траве, хоть по холодной, не прогревающейся из-за раскидистых деревьев земле. Купаться в ледяной воде лесного озерца. Наблюдать за животными, что особенно нравилось Джону, ну, а Джек за компанию всегда согласен был на что угодно.

Сколько так они прожили? Лет восемь? Наверное, да, потому что в крестьянской школе первые года два они проучились спокойно, не думая о работе и вообще о взрослой жизни.

А потом…

Мать плакала ночами, Джон часто тоже всхлипывал в темноте, уткнувшись носом ему в плечо. Джек успокаивающе гладил брата по спине, обнимая его, и злился всё больше и больше. Это нужно прекратить — и он это сделает, хоть и не знает пока, как.

Крики родителей. Тихий плач. Занесённая для удара рука, испуганный вопль Джона, от которого в душе словно что-то дёрнулось и упало, и он сам, с отчаянной решимостью кинувшийся наперерез. Он раза в два меньше и легче отца (нет, не отца, он не хотел называть это даже в мыслях своим отцом), но тот отпора не ожидал и оторопел, а вскоре, буквально через пару секунд, и, хоть и насмерть перепуганный, но не менее отчаянный Джон подоспел брату на помощь.

Они его фактически выгнали. Джек не удержался и крикнул ему вслед, чтобы и не думал возвращаться. Джон, испуганный, дёргал его за рукав, но он не обращал на это внимания.

Больше они его не видели, и Джек искренне надеялся, что никогда и не увидят. Они стали жить втроём. Эта перемена его не трогала — в отличие от другой. Несчастье разбило близнецов, разделив на две части и установив между ними чёткую грань. Теперь, чтобы их перепутать, надо было быть совсем чужим, хотя даже незнакомцы могли быстро уловить различие в мимике и реакциях.

Нет, отношения между ними не стали хуже. Просто теперь они были другими. Дружескими, братскими, каждый по-прежнему доверял другому, как самому себе. Наверное, они и сами не смогли бы объяснить, в чём разница. Просто теперь они её чувствовали. (И просто Джек теперь не был настолько уверен…)

И эта беспомощность-растерянность брата в некоторых ситуациях заставляла Джека чувствовать себя смелее. Старше. Увереннее.

С другой стороны — оказаться считай что вдвоём было трудно... Но это намного лучше, чем одному.

@темы: оридж, драббл